СОЮЗ ПАТРИОТИЧЕСКИХ СМИ
Поделиться в соцсетях:

«Цифровая экономика» мировой закулисы

06 октября 2018 г.

Валентин Катасонов

Доктор экономических наук, профессор МГИМО Валентин КАТАСОНОВ известен своей особой точкой зрения на мировые процессы. Они, уверен профессор, главным образом направляются хозяевами денег – международными банкирами. Центробанки большинства стран не относятся к органам государственной власти (российский в том числе) и зависят от центробанка США, частной корпорации – Федеральной резервной системы (ФРС). Она получила колоссальное мировое влияние в 1976 году, когда доллар был отвязан от обеспечения золотом и стал печататься в неограниченных количествах.

 

Определить собственников ФРС чрезвычайно трудно: помимо известных банкирских династий – Ротшильдов и Рокфеллеров – есть множество других фигурантов, которые «не светятся». В состав ФРС входят несколько тысяч банков, они часто принадлежат юридическим лицам, те – другим юридическим лицам и так далее. Проследить эти цепочки до конца не удавалось ещё никому.
Основные приоритеты мирового ростовщичества, утверждает профессор, – тотальный контроль над личностью, управляемый хаос и, наконец, сокращение населения планеты до миллиарда человек. Под этим углом В. Катасонов рассматривает в очередном интервью «АН» так называемую цифровую экономику.


Электронный концлагерь

– Что это вообще за зверь такой – «цифровая экономика»?

– Не существует определения ни цифровой экономики, ни цифрового общества. В основе этих понятий вроде бы лежат информационно-компьютерные технологии, но они существовали и в СССР (по некоторым направлениям мы даже опережали Запад, выпускали[end_short_text] станки с числовым программным управлением), однако в СССР никто не называл это цифровой экономикой. Я воспринимаю данное словосочетание как крючок, которым цепляют наше сознание, чтобы грузить нас всей этой цифрой, якобы прогрессивной и необходимой, и в том числе цифровизацией денег. Важно отделить зёрна от плевел: компьютерные технологии, бесспорно, играют важную роль в жизни человечества, но абсолютизировать их – глупо и смешно. А что касается цифровизации денег, то это не что иное, как электронно-банковский концлагерь. Сейчас я работаю над книгой, которую, видимо, назову так: «В начале было Слово, а в конце будет цифра».

– «Электронно-банковский концлагерь» – красивый образ. Но точный ли? Действительно концлагерь?

– А вы представьте мир, в котором не станет наличных денег. Банкам и спецслужбам всегда будет известно, что, где и в каком количестве вы покупаете, – вам приятна такая слежка? В случае надобности отключат вам карту – и всё, вы ничего не купите. К слову, уже сейчас происходит списание долгов с карты без какого-либо вашего участия, а раньше долги взыскивали с людей по-другому, более цивилизованно.
Надо сказать, в разных странах отношение к безналу разное. Например, в Германии даже юридические лица не любят его (некоторые немецкие банки арендуют гигантские помещения, где хранят наличку). А например, шведы – просто «отмороженные». Банк Швеции обещает, что в 2020 году они станут первой страной, «эмансипировавшейся» от наличных денег. Туда им и дорога.

– А что у нас?

– Люблю шутить так: Россию спасают бездорожье, морозы и – коррупция. Переход нашей страны на безнал требует бешеных денег (на технологии, оборудование), а их нет. Как результат – процент операций с наличкой у нас выше, чем во многих других странах. Недоумки сетуют, мол, мы отстаём от цивилизованного мира. Мне в этой связи вспоминается преподобный Силуан Афонский: он говорил, что хорошо бы отставать от прогресса на один шаг – тогда не упадёшь в пропасть вслед за идущим впереди (смеётся).

Меня забавляют люди, которые восторгаются удобством использования пластиковых карт, а теперь и смартфонов для оплаты покупок. Ну, ребята, вы даёте! Вы конвертируете свободу в комфорт! Не говоря уже о том, что бумажные деньги гораздо ценнее виртуальных, – неслучайно банки несколько лет назад брали аж десятипроцентную комиссию за перевод безнала в наличку.

Азартная валюта

– С недавних пор цифровизация денег вышла на новый виток: в конце прошлого десятилетия в мире появились так называемые криптовалюты. Наверное, уже почти все слышали это слово, но далеко не все понимают, что же оно означает.

– Действительно, самая популярная криптовалюта – биткойн – упоминается в СМИ очень часто (из валют чаще упоминают в мире только доллар и евро), хотя доля биткойна в обслуживании платежей составляет в масштабах планеты лишь тысячные доли процента. Возникает ощущение, что страсти вокруг криптовалют нагнетаются искусственно. Кстати, иностранные термины обладают гипнотическим эффектом: человек сразу начинает верить тому, что ему говорят, а если до конца не понимает, о чём речь, то тем более верит, поскольку ощущает себя неполноценным.

Криптовалюты отличаются от привычных нам электронных денег тем, что их создание и использование происходит без участия центробанков. Таким образом подрывается монополия центробанков на эмиссию денег, то есть на выпуск денег в обращение.Поскольку криптовалюты представляют собой зашифрованную информацию (отсюда и название), то не нуждаются ни в каких посредниках: нотариусах, поручителях, регистраторах, а главное – банкирах. Соответственно, эти валюты преподносятся как избавление от банков, как «народные деньги». Мол, благодаря им общество эволюционирует и перейдёт к некоей новой модели, к эдакому социализму, построенному не на «диктатуре пролетариата», а на добровольной кооперации свободных людей. Однако отказ от наличных денег в пользу криптовалют может оказаться, наоборот, в конечном итоге на руку банкирам, поскольку их задача – вытеснить из обращения наличку. Конфиденциальность платежей, декларируемая пропагандистами криптовалют, тоже сомнительна, потому что на каждый шифр найдётся дешифровщик. Бегство от банков в биткойны напоминает мне страуса, который засунул голову в песок и думает, что его никто не видит (смеётся).

– Из чего берётся единица криптовалюты?

Полностью:


Материалы с наибольшим количеством просмотров
  Библиотека
© Национальный медиа-союз,
2013-2016 г. г.