СОЮЗ ПАТРИОТИЧЕСКИХ СМИ
Поделиться в соцсетях:

Детский гарем напрокат

11 июня 2016 г.

Евгений Вышенков, Александр Ермаков

Скверно для органов опеки, когда полиция находит гарем из мальчиков, взятых бизнесменом из детских домов. Об остальном вы уже догадываетесь. Но в уникальном деле - свои отвратительные частности.

Обыск в трехэтажном особняке в Касимово Всеволожского района Ленобласти стал своего рода последним обследованием условий жизни шести мальчиков. За несколько лет их всех взял под опеку 55-летний петербургский бизнесмен Томашевич. Сегодня, 8 июня, детей допрашивают. Нормальный предпочел бы обвинение в ограблении банка тому, в чем подозревают главу однополого семейства.

 

Понятно, что подобный контроль над детьми возложен на отделы опеки и попечительства, созданные при каждом муниципалитете. Но, судя по появившемуся 7 июня в Следственном управлении СК по Ленобласти уголовному делу с квалификацией «Насильственные действия сексуального характера в отношении лиц, не достигших 14-летнего возраста», проверки гражданских властей были поверхностными. Если были вообще.

Сегодня «резонансный» отдел Управления уголовного розыска полицейского главка уверен, что Георгий Томашевич, владелец нескольких фирм, занимающихся производством бетона и стройкой, опекает мальчиков из детских домов Петербурга и разных регионов России вовсе не из гуманистических соображений. По версии следователя, причина в его гомосексуальной страсти. Наверняка в материалах есть непечатные подробности. «Фонтанка» же может упомянуть, что мальчики ходили по загородному коттеджу голые вместе с обнаженным бизнесменом и порой спали с владельцем в одной кровати.

Когда следствие, как это принято говорить, закрепится в конкретном обвинении, начнется неприятная для органов опеки процедура. Это повод напомнить, как прописан алгоритм на бумаге и как он работает на практике.

К письменному заявлению о желании взять ребенка под опеку прилагаются справка о состоянии здоровья, которое должно быть едва ли не крепче, чем у призывников, и ответ из МВД об отсутствии судимости по любым категориям преступлений.

Заявления подаются в отдел опеки и попечительства (ООП), созданный при каждом муниципалитете.

ООП после выезда в адрес составляет акт обследования жилищных условий. Проверяется квартира, в которой зарегистрирован кандидат и где будут зарегистрированы дети. Интересоваться адресом фактического проживания чиновники не обязаны.

Все члены семьи старше 10 лет, в том числе и ранее взятые под опеку, должны дать письменное согласие на нового ребенка.

ООП после сбора документов пишет свое заключение и дает на подпись главе муниципалитета. На практике, это формальная процедура, к фактическому принятию решений глава не имеет отношения. Есть две фигуры, от которых зависит выдача ребенка, – директор детского учреждения (а это детдом, социальный или медицинский центр) и сотрудник органа опеки.

Подчеркнем: опека – это удел не федерального масштаба и даже не городского. К тому же опека занимается и неблагополучными семьями, и инвалидами, и пенсионерами.

Что касается подозреваемого Томашевича, то со здоровьем у него все в порядке, а под следствием и судом он никогда не был. Супруги и детей у него нет. Ясно, что интерес кандидата к детям только одного пола не может не вызывать у опеки подозрения, но она вправе никак не реагировать. Это не нарушение.

Разумеется, он как все, кто берет детей, окончил школу приемных родителей, опекунов и усыновителей, находящуюся на Московском проспекте и где штатный психолог сделал по нему свое положительное заключение.

Также сотрудникам ООПов рекомендуют с пристрастием относиться к возрастным и одиноким. Возраст объясняется боязнью государства, что кандидат может не успеть взрастить опекаемого. А холостой образ жизни наводит на мысль, что ребенок не получит семью в классическом ее понимании. Но в этих пунктах нет сексуальной подоплеки.

По данным «Фонтанки», бизнесмен Томашевич зарегистрирован на Придорожной аллее в Выборгском районе Петербурга. У него 16-метровая комната в «трешке». Вот туда он и вписал шестерых опекаемых. Все мальчики в возрасте от восьми до 15 лет.

По правилам, у ребенка должны быть отдельная кровать, место для игрушек и ящик для личных вещей. Кровать опекуна от кроватей опекаемых должна располагаться на расстоянии 80 сантиметров. Кроме того, в первые два года чиновники должны раз в три месяца посещать семью и разговаривать с опекаемыми. Далее частота этих бесед сокращается до раза в полгода. Другое дело, что Томашевич и дети не ютились.

У крепкого предпринимателя в Касимово, что в 43 км от Петербурга, стоит трехэтажный дом. Большой участок, несколько построек, гостевой дом. Километровый забор выше человеческого роста. За ним хозяйство – куры, утки, кролики, коровы, овцы. Есть и козел. За этим дети и приглядывают.

Ходят в школу. Ничего дурного, если бы «Фонтанка» не узнала, что в деле есть упоминания о систематических побоях за провинности. В таком разрезе к подозрению в сексуальных домогательствах, что тянет за собой древний термин – гарем, добавляется еще и забытый смысл слова – батрак.

Кстати, младшему ребенку восемь лет. Он, например, родился в Волгограде. Был взят под опеку летом 2015-го. Тогда же Томашевич оформил еще одного иногороднего – десятилетнего мальчика с хутора из Ростовской области.

Согласно закону, опекун ежемесячно получает в среднем 10 тысяч рублей за ребенка. Еще ему положена компенсация за жилищно-коммунальные услуги. Так, с января по май они превысили 12 тысяч в месяц. Также государство оплачивает учебники, форму, транспортные расходы. Другое дело, что вряд ли это серьезное подспорье данному коммерсанту, имеющему дорогие иномарки, современный грузовой транспорт, компании, ферму и миллионные доходы.

Конкретный государственный надзор за Томашевичем осуществляет отдел опеки муниципалитета "15-й округ" Выборгского района Петербурга. Структурно и функционально он не отличается от других. Работают в отделе трое – руководитель, главный специалист и ведущий специалист. Несмотря на численную скромность, в распоряжение ООП отдана почти треть муниципального бюджета. Причем деньги эти городские и выделяются в качестве пособий. 2,6 млн – на деятельность по опеке и попечительству и 14,6 млн – на содержание опекаемых в семьях и вознаграждение приемному родителю. Но отчетность развернула показатели так, что те, кто берут не по одному ребенку, становятся находкой.

По федеральному законодательству одно и то же лицо, как правило, может быть опекуном или попечителем только одного гражданина. По двое-трое оформляют обычно только сестер и братьев. Вероятно, в отношении Томашевича от этого правила легко отошли из-за очевидных взаимных интересов. Отдел опеки оценивают по количеству подысканных кандидатов в опекуны. Даже если гражданин сам явился в ООП, что чаще всего и бывает, он все равно идет в зачет чиновнику.

– Если бы нам пришлось изучать документы того бизнесмена, о котором вы говорите, то формально сложно что-либо ему сказать в глаза, но внутренне напряжение должно было сыграть свою роль, – прокомментировал «Фонтанке» собеседник в произвольно выбранном нами отделе опеки одного из районов города.

Надо отметить и то, что непосредственно в детских домах не изучают личность человека, забирающего ребенка. Могут поинтересоваться, но не более.

Что касается публичной информации, то ООП 15-го округа отчетами о проделанной работе жителей не балует. Последний на официальном сайте муниципалитета датирован 2012-м. Тогда на учете состояли 87 опекаемых. За год были устроены 14 детей. Отказов в передаче в семьи не было.

По данным «Фонтанки», Следственный комитет собирается выходить на арест подозреваемого. Согласие или отказ в этом зависит теперь от судьи Всеволожского района.

Источник: "Фонтанка.ру"


© Национальный медиа-союз,
2013-2020 г. г.
  Портал существует на общественных началах Руководитель проекта - Анищенко Владимир Робертович,
Гл. редактор - Юдина Надежда Ивановна Email: udinanadejda@yandex.ru